Now Reading
Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation

Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation

Фонд братьев Арциновичей Maximilian Art Foundation поддерживает современных русских художников по камню. Коллекция Фонда включает первоклассные работы. О собрании рассказывает Денис Арцинович.

Беседовала Марина Волкова

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Основатели фонда Maximilian Art Foundation Максим (слева) и Денис Арциновичи. Фото: Maximilian Art Foundation
Денис, с чего началась коллекция? Как вы с братом пришли к камнерезному искусству?

Коллекцию начал собирать мой старший брат Максим. Он увлекается камнерезным искусством многие годы. Мы из семьи военного, брат учился в Петербурге, в Высшем военно-морском инженерном училище имени Ф.Э. Дзержинского. Затем служил в Латвии. Под перестройку ушел из вооруженных сил и занялся бизнесом. Сначала это была недвижимость, затем он как дилер продавал ювелирные украшения и часы, а в начале 2000-х создал собственную марку ювелирных украшений – английский ювелирный дом Maximilian London. Первые камнерезные работы появились, когда ему было чуть за двадцать. Когда он только приехал в Петербург, отец познакомил его со своим давним другом, художником-реставратором Нодаром Ахмедовичем Чаголидзе. Брат много времени проводил в его мастерской, где, в свою очередь, познакомился с его учениками, художниками, которые тогда только начинали работать с камнем. Дружбе с мастером Евгением Морозовым, например, уже 30 лет. Самому Нодару Ахмедовичу уже за восемьдесят. Так интерес к искусству родился через дружбу. Из того, что я впервые увидел у брата, помню небольшую, сантиметров пять скульптуру из дымчатого кварца, шута или гнома.

Знаете, страсть к коллекционированию – это как вирус: один человек заражает другого.

Мой бэкграунд – в банковской сфере, я почти 12 лет проработал в инвестиционных структурах и присоединился к брату в 2013-м. Я занимался и занимаюсь развитием линии украшений из серебра Maximilian Silver Label, а также включился в деятельность Фонда, решил систематизировать накопленный опыт, упорядочить коллекцию. За это время мне удалось выстроить связи с мастерами, музеями, прессой, блогерами, другими коллекционерами.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Максим Морозов, Иркутск. «Мышестофель», дианит. Фото: Анатолий Воробьев / Maximilian Art Foundation
Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Максим Морозов, Иркутск. «Мышестофель», дианит. Фото: Анатолий Воробьев / Maximilian Art Foundation

На чём сфокусирована ваша коллекция? Есть ли пул мастеров, которых вы собираете?

С самого начала мы были неразрывно связаны с Петербургом. Для нас это родной по духу город, там прошла существенная часть жизни, много друзей. Поэтому мы собираем работы преимущественно мастеров петербургской камнерезной школы. Сначала у нас было где-то 20 художников, но потом мы решили остановиться на шести-семи. Подумали, что не стоит распыляться и выбрали тех, кто нам больше всего нравится, чьи работы кажутся нам необычными, авангардными, прогрессивными. Причём вкусы меняются. Сначала брату нравились более традиционные вещи, но сейчас изменился и его вкус, и манера самих художников. Если сравнить, скажем, 1990-е годы, 2000-е и наши дни – это совершенно разная стилистика, ведь развитие – важная составляющая искусства. Художник не стоит на месте, ищет свой путь, актуализирует свою манеру в духе времени.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Юлия Гоголь, Санкт-Петербург. «Спрятанные чувства», горный хрусталь. Фото: Александр Артемов / Maximilian Art Foundation
Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Юлия Гоголь, Санкт-Петербург. «Спрятанные чувства», горный хрусталь. Фото: Александр Артемов / Maximilian Art Foundation

Ведущие художники в нашей коллекции – это Сергей Честюнин с его нефритовой серией, Евгений Морозов, которого я уже упоминал, Юлия Гоголь. Юля – профессиональный скульптор, выпускница Санкт-Петербургской академии художеств имени Ильи Репина. У нас в коллекции четыре её работы. Конечно – плодотворный, самобытный мастер Геннадий Пылин. Наша гордость Ярослав Ксенофонтов – один из ведущих в мире художников полихромной миниатюры, он работает в стилистике «камнерезный театр»: когда скульптура собирается из нескольких частей, выполненных из разных камней. Их может быть до 20-30-ти в одной работе. Также у нас есть вещи талантливейшего художника Антона Ананьева, Эдуарда Виноградова, представителя последней волны, Ольги Попцовой, Михаила Маслякова, Александра Веселовского. Мы начали работать с Владимиром Путриным.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Владимир Путрин, Санкт-Петербург. «Звуки моря», сердолик. Фото: Александр Кокшаров / Maximilian Art Foundation

Как вы выстраиваете работу с художниками?

В своё время мы познакомились с немецкой камнерезной школой, а через них с крупными западными коллекционерами камнерезного искусства. За границей принята такая практика: заказчик покупает материал и просит мастера сделать из него работу. Тематику выбирает или клиент, или художник, это вариативно. Мы также стали внедрять эту практику. У петербургских мастеров проблема с сырьевой базой, в отличие, скажем, от уральской школы или Иркутска (ещё один крупный камнерезный центр). Уральская школа сложилась исторически, ещё со времён заводов Демидовых. Фирма Фаберже работала со знаменитыми уральскими мастерами, размещая в их мастерских заказы (тот же Перхин, Денисов-Уральский). Иркутские мастера – на Байкале, Бурятии с её залежами нефрита. Петербургские же мастера вынуждены работать с тем, что есть под рукой: яшмами, обсидианом, это сильно ограничивает их возможности. Поэтому мы стали покупать камень и отдавать его на откуп мастерам, которые уже создают из него работу. Так родилась, например, нефритовая серия Сергея Честюнина, работы из которой мы сейчас экспонируем в Минералогическом музее им. А.Е. Ферсмана.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Юлия Гоголь, Санкт-Петербург. «Слушая внутренний голос», белореченский кварцит. Фото: Maximilian Art Foundation

Расскажите, пожалуйста, подробнее об этих работах и о самой выставке.

Выставка стартовала в начале марта. Сейчас тут представлено семь работ, а вскоре появится и восьмая. Мы многие годы дружим с Музеем Ферсмана, всячески помогаем институции и регулярно устраиваем тут выставки вещей из своей коллекции. (Передаём работы в дар музею. Помимо Музея Ферсмана уже под двадцать работ переданы в дар Государственному Эрмитажу). Создание нефритовой коллекции рассчитано на 3-3,5 года. Она началась в 2019-м и к концу 2022 года должна завершиться. Художники по камню не часто работают сериями. А Сергей Честюнин пришёл к нам именно с идеей серии.

Она будет включать 12 работ, посвящённых восточному календарю. Все работы – из нефрита. Для каждой мы подбирали свой кусок, свой оттенок. Мы взяли разные оттенки зелёного нефрита (салатовый, яблочный, классический изумрудный зелёный), медовый и чёрный нефриты.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Сергей Честюнин, Санкт-Петербург. «Кролик», салатовый нефрит. В рамках проекта «Двенадцать животных по Восточному календарю». Фото: Юлия Михнова / Maximilian Art Foundation
Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Сергей Честюнин, Санкт-Петербург. «Бык», чёрный нефрит. В рамках проекта «Двенадцать животных по Восточному календарю». Фото: Юлия Михнова / Maximilian Art Foundation
Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Сергей Честюнин, Санкт-Петербург. «Они все просто сдохнут», синтетический кварц. Фото: Александр Артёмов / Maximilian Art Foundation

У каждой скульптуры своя история. Так, тигр из медового нефрита за счёт вощения (его используют, чтобы поверхность была однороднее) со временем стал темнее, «заматерел». Крыса, одна из самых удачных работ в серии – прямо Гофман! Такой образ Мышиного короля, воплощённый в медовом нефрите. Как известно, каждое животное в цикле символизирует какое-то качество. Крыса – хитрость. Бык – волю. И действительно, художник придумал позу, которая в полной мере выражает это качество: проработаны упругие передние ноги, всё тело напряжено, широко расставлены задние ноги, он готов атаковать! Мы специально немного приподняли переднюю часть, чтобы было видно, как проработан торс, мускулатура, холка. Дракон из классического зелёного нефрита сделан в традициях китайского символизма, а змея – вся одна пружина, чувствуется пульсирующая энергия, она сейчас метнётся на вас. Не все работы получались с первого раза. Где-то не повезло с материалом, где-то оказалось сложно воплотить задуманную позу и пропорции, что-то просто не понравилось самому художнику, да так, что он хотел даже разбить работу. А что-то, наоборот, так полюбилось, что отдавать не хотел.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Ярослав Ксенофонтов, Санкт-Петербург.
«Сияние кристального разума», дымчатый кварц.
Работа, созданная в рамках проекта XENO ART. Фото: Александр Кокшаров / Maximilian Art Foundation

Рассматриваете ли вы коллекцию Фонда как инвестиционный проект?

Смотрите также
Пандемия и ювелирный рынок, Пандемия и ювелирный рынок: как меняется спрос на драгоценности во время кризиса?

Да, безусловно. Она начиналась как собрание по интересам, но я считаю, что каждый коллекционер должен быть честен, как с самим собой, так и с публикой, которой он показывает своё собрание. Все наши работы можно купить, это только вопрос цены. Если мы заказываем художнику работу с инвестиционной перспективой, то мы всегда скажем ему об этом. Например, нефритовую серию Сергея мы воспринимаем как коммерческий проект: когда она будет закончена, мы будем её продавать. Но именно циклом, серией, не работы по отдельности, чтобы не разрушать концепцию. Это широко распространённая на Западе практика: когда коллекционер, выступая в роли инвестора, покупает дорогой материал и заказывает из него работу крупному мастеру, тем самым придавая ему новую ценность, такую добавочную стоимость. Ведь одно дело, грубо говоря, сырьё, а другое – подлинное произведение искусства, которое выходит из рук художника.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Евгений Морозов, Санкт-Петербург. «Ихтиология эпохи Хокусая. Реинкарнация 2.0», горный хрусталь. Фото: Александр Кокшаров / Maximilian Art Foundation
Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Евгений Морозов, Санкт-Петербург. «Чёрный лебедь», зональный дымчатый кварц. Фото: Александр Кокшаров / Maximilian Art Foundation

Ваш топ-5 любимых работ в коллекции?

Это непросто! И надо понимать, что у нас с братом будут скорее всего разные списки. Но вот мой: на первом месте – «Ихтиология эпохи Хокусая. Реинкарнация» Евгения Морозова. Она выполнена из двух видов камня: рыба из дымчатого кварца возвышается на гребне волны (традиционный мотив гравюр Хокусая) из горного хрусталя. Первая такая работа была сделана ещё в 1990-х, но утрачена или украдена, и мы попросили художника повторить её для нас. Всё равно она получилась другой, но образ отсылает к тому, первому. Далее – Юлия Гоголь «Слушая внутренний голос», Ярослав Ксенофонтов «Колыбелька для Alien» из сапфирина, просто космическая работа, и Геннадий Пылин «Королева чужих». Завершил бы я список как раз быком из нефритовой серии Честюнина.

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Геннадий Пылин, Санкт-Петербург. «Королева Чужих», бразильский агат. Фото: Александр Кокшаров / Maximilian Art Foundation

Какую нишу наше камнерезное искусство занимает в мировом контексте?

Наши  мастера – скорее подлинные художники, чем ремесленники. Они создают высокохудожественные произведения, произведения Искусства с большой буквы, которые принимают в дар крупнейшие музеи мира. Сильная школа камнерезного искусства в Германии (династия Дрейеров, Альфред Циммерман). Они достигли небывалых высот в копировании природы. Но это копиисты и ремесленники. Наши же мастера постоянно рождают новые идеи. Я восхищаюсь силой их фантазии.

У нас прекрасный исторический бэкграунд: вспомним 19 век, начало 20-го, когда работало множество мастерских, были мощные заводские производства. Но затем – революция, приход к власти большевиков. Тех, кто покупал художественные вещи: элиту, аристократию, истребили как класс, а обычным советским людям было достаточно поделок, которые во множестве выпускались той же Петергофской гранильной фабрикой, Колыванским камнерезным заводом, в Екатеринбурге, в Челябинске. Но что это было? Вазы, шкатулки, массовое производство. Сейчас же наше камнерезное искусство после длительного перерыва снова обретает себя. Есть признанные мастера, есть новая волна. Есть школы, преемственность, коллекционеры. Нынешнее состояние отрасли мы постарались отразить в книге «Пост Фаберже 2020», вышедшей в конце прошлого – начале этого года. Это переработанное издание фундаментального труда 2015 года, приуроченное к 30-летию петербургской камнерезной школы. В наших планах объединиться с другими коллекционерами (уже есть предварительные договорённости, например, с Фондом Шмотьевых, собирающим уральское камнерезное искусство) и сделать коллективную выставку федерального масштаба (возможно, под эгидой Гохрана либо на любых других площадках), демонстрирующую шедевры современного камнерезного искусства России. В ближайшие пару лет мы это обязательно осуществим!

Коллекция Maximilian Art Foundation, Пост Фаберже: коллекция камнерезного искусства Maximilian Art Foundation
Геннадий Пылин, Санкт-Петербург. «Медуза Горгона», сердолик. Фото: Геннадий Пылин / Maximilian Art Foundation

Наверх