Now Reading
Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»

Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»

Ювелир Анна Гофман создаёт украшения, которые отсылают к множеству источников. Каждый раз это импровизация, объединяющая разные мотивы, культуры и эпохи.

Беседовала Марина Волкова

Анна не ограничивает себя каким-то одним видом творчества: она не только ювелир, но и певица. Украшения Анны можно назвать историческими, в них проявляются разные культурные слои. Но это не реплики, а пересказ, своего рода квинтэссенция древности, рождённая фантазией и рукой ювелира. Анна все делает своими руками: что-то на заказ для конкретного клиента, что-то для себя по велению души. 

Ювелир Анна Гофман интервью, Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»
Анна Гофман. Фото: архив ювелира

Вы воспринимаете ювелирное искусство как творчество или как ремесло?

Я начинала работать для себя. Я сама очень люблю украшения, с удовольствием ношу. И именно украшения – вещи, которые тебя украсят, а не некие концепты, волеизъявление чьего-то ума. Когда я начала показывать свои работы, они стали находить отклик. И я понимаю, почему он есть. У людей сохранилась тяга к красоте в исконном смысле. Сейчас ведь так мало осталось вещей красивых. Именно красивых. Часто ты уже не видишь ни камня, ни формы, ты видишь эго, позу автора. Такие произведения ещё нужно сто раз «обсказать», объяснить, преподнести. Я это не приемлю. Вещь должна а) украшать и б) говорить сама за себя. Сегодня этого хочется, есть запрос, и такое восприятие украшения в ювелирной среде начинает возрождаться и практиковаться.

С чего для вас началась профессия?

Мне захотелось быть ювелиром в 19 лет. Тогда мама отдала меня на обучение к мужу подруги, матёрому мастеру. И, надо сказать, это была пытка: у меня в руках был толстый кусок мельхиора и громоздкая горелка, поддувавшаяся ножным способом, – с помощью этих полусредневековых методов нужно было делать филигрань! Этот опыт надолго отбил у меня охоту, поставил психологический блок почти на 20 лет.

Потом я много чем занималась в жизни и однажды заинтересовалась керамикой. В какой-то момент мне захотелось делать украшения с керамикой, и я стала предлагать эту идею знакомым ювелирам. Они лишь удивлённо пожимали плечами. Керамика воспринимается как дешёвый материал, и то, что из неё делают, действительно выглядит простоватым. Мне же хотелось сделать красивые, тонкие и прежде всего ювелирные вставки из керамики. 

И тут я открыла для себя прекрасный материал – art clay. Это металлические глины, тонкая фракция металла с пластификатором. Японская разработка, абсолютно гениальная вещь. Ты лепишь, что хочешь, а после обжига уже работаешь, как с металлом: полируешь, паяешь. В итоге это сняло у меня давний стресс общения с металлом. Но у материала есть и свои ограничения и по мере того, как я развивалась, мне его оказалось мало. Новым этапом стало знакомство с методом воскового литья. Сегодня это основная техника, в которой я работаю.

Как для вас строится работа: эскизы, отливка, финишная отделка?

Я редко делаю эскизы. Я не так устроена. Скажем, есть ювелирные дизайнеры, они только рисуют, не прикасаются к материалу. Я же не могу думать отдельно от материала. Если, например, брать глину: у меня есть какой-то сюжет, я раскатываю кусок глины и начинаю этот сюжет проводить. С другим материалом будет по-другому. Скажем, взять камень: я не знаю сразу, какой будет оправа. Мне нужно посадить камень на кусок воска и дальше уже начать его крутить. Конечно, бывает по-разному. Но чаще я иду таким путём: вот я нашла камень или кусок кости, или ещё что-то, и на нём у меня родилась мысль. В отрыве от него этой идеи у меня не возникло бы никогда. 

Почти всё, кроме отливок, я делаю сама. Восковые модели, проработка металла, обжиг, доведение глазури до нужного цвета. Сегодня уже есть и прекрасный ювелирный воск, и ручные газовые горелки, небольшие паяльные лампы, компактные муфельные печи для обжига. 20 лет назад ты мог научиться с этим работать только в профильных заведениях вроде Строгановки. Сегодня же во многом можно положиться на самообразование, для этого всё есть (и, конечно, на опыт друзей-ювелиров). Я не могу отдать свою вещь кому-то на откуп. Во-первых, у меня пунктик – линия должна быть проведена только моей рукой. В моём случае она всегда транслирует древность. И я это не имитирую, это моя сущность. Я никого не заставлю, не научу так видеть. Я мыслю определённым образом, и у меня так идёт рука. 

Какие источники питают Ваши украшения: образы, эпохи?

Древность, причём в самом разном изводе. Для себя я это описываю так: я как будто подключаюсь к некой радио-волне, и это происходит даже независимо от меня, сейчас, например, идёт эта трансляция, завтра пустят другую волну. Сегодня Византия, завтра Персия, послезавтра шумеры. Я никогда не имитирую тот или иной стиль, это импровизация, вольная интерпретация, уловить отдельные черты можно лишь по каким-то косвенным признакам. У меня большая насмотренность, культурологическое образование, самообразование – в самых разных сферах. Я глубоко интересуюсь историей, искусством. Пожалуй, большая часть моих украшений – это смесь Востока и Руси. На самом деле взаимопроникновение культур очень недооценивают. Древнерусское искусство, например, подпитывалось разными источниками, в том числе византийскими, скандинавскими, с какой-то стороны – персидскими. 

К тому же у меня есть опыт погружения в другие системы, сильный, не поверхностный. Я долго жила в Индии, занималась индийским танцем Катхак (разновидность классического балета, характерная для северных штатов). Он сложился из нескольких форм искусства. Это, с одной стороны, околохрамовое действо, его практиковали только мужчины, катхи. Они рассказывали мифологические, религиозные сюжеты, с пением и пантомимой. Это сценическое действо, но не в храмах, уже площадная история. С другой стороны, это и нашествие Великих Моголов, которые принесли своё, персидское и исламское, такую смесь Средней Азии с Персией. И эти два источника слились в один: уже женщины при дворцах начали танцевать микс индийского и персидского. Получилась очень интересная форма танца: это очень красиво и ни на что не похоже. 

К тому же моё второе я – я много пою. Изначально у меня был проект, посвящённый музыке испанских евреев и их языку, ладино (средневековый еврейско-испанский, сефардский язык, аналог идиша у германских евреев). Ладино выделился в отдельный язык, его законсервировали, и он до сих пор существует. Сегодня в моей музыке много разных направлений. Я много пишу сама, в том числе на русском. 

Смотрите также
Галина Габриэль, Галина Габриэль: «Шедевры ювелирного искусства могут быть и из меди»
Ювелир Анна Гофман интервью, Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»
Анна Гофман. Серьги: Анна Гофман. Кокошник: Юханн Никадимус. Фото: Elena__drobat

Работаете ли вы сериями, повторяете ли свои украшения?

Я долго не работала с керамикой, и вот сейчас хочу сделать коллекцию украшений с ней. Правда, сегодня сложно загадывать, ведь горизонт планирования сузился до десяти минут. Неплохо бы запускать серии, но это не всегда складывается. Я делаю и повторы, но мало. И всё равно это будут штучные вещи, которые будут чем-то разниться. Как правило, ко мне не приходят случайные люди, а те, что приходят, дают карт-бланш. Им нравится мой стиль, подход. Могут что-то показать из фотографий моих вещей в соцсетях, но в целом почти всегда говорят: «Делайте, что хотите». Конечно, мы общаемся, это такое своего рода сканирование человека. И украшение в итоге получается конкретно для него, как слепок его внутреннего мира. Так происходило уже не раз: я каким-то особенным образом настраиваюсь на человека, и всегда получается удивительная вещь, именно для него предназначенная. Со многими заказчиками, кстати, мы потом становимся близкими друзьями.

С какими материалами, камнями вы любите работать?

Оправа – это часто серебро с позолотой. Камни самые разные. И они меняются. Когда-то давно я вообще не имела дела с камнями. Первыми полюбила турмалины. Сейчас они мне кажутся уже очень «слабенькими». Хочется более «концентрированных», энергетически насыщенных камней. Потом у меня был период изумруда. А сегодня мне очень хочется сапфира. Но пока не подступилась. Я не люблю гранёные камни. Беру природную, естественную форму: кабошоны и то, что называется «сахарная голова» (sugar loaf). Как человек в душе несовременный, я отторгаю любые технократические формы. Если и использую огранку, то в таком «диком» ключе: с вариантами закрепки до всех изысков, например, просто закатанные в металл бриллианты. Обожаю жемчуг, он есть во многих моих украшениях. Много речного, мелкого жемчуга. Сейчас его, по счастью, активно культивируют и легко достать. 

Я люблю цвет, форму. Я не минималист. И, конечно, размер – мои украшения как правило крупные. Вот, например, интересная история: у меня есть серьги совершенно в римском духе. Точнее они были бы такими, если бы сделать их в два раза меньше. Но я всё же скорее восточный человек, и это получились восточные римские провинции, такая сирийская Пальмира. Если посмотреть на пальмирские статуи: это же абсолютная античность, но при этом они такие нарядные, разодетые. То есть дизайн-то взяли модный, столичный, но размер, посыл сделали всё-таки свой, близкий, восточный.

Ювелир Анна Гофман интервью, Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»
Анна Гофман в кокошнике Юханна Никадимуса. Фото: Elena__drobat

Расскажите, пожалуйста, о будущих украшениях для выставки «Частной коллекции» «Вера. Надежда. Любовь» (она пройдет в Сочи в сентябре 2023 года). Почему Вы решили участвовать, как разыграете тему?

Меня позвали организаторы, заинтересовал посыл. Хотя я не очень люблю работать по теме и в целом разного рода ограничения. Но мне любопытно сделать украшение на стыке ювелирных и камнерезных техник. Я, наверно, сделаю не одну работу. Пока же точно оформилась подвеска. Есть общая канва – всё резное: камень, ажурная керамика, резной металл. Уже готовы отдельные куски, но ещё без оправы, это скорее намётки. Готов камень – резная бирюза, керамики ещё нет. Всё началось как раз с кусочка бирюзы. Он запустил процесс. От него пошёл рисунок, сюжет. Все детали будут в заданной им гамме, в итоге она сойдётся по цвету. 

Ювелир Анна Гофман интервью, Анна Гофман: «Мои украшения – это смесь Востока и Руси»
Анна Гофман. Эскиз подвески к выставке «Вера. Надежда. Любовь». Фото: предоставлено автором

Тему же, на мой взгляд, нужно понимать шире, глубже. Для меня любовь – это поглощение, это одно и то же. Приглядитесь: лев, терзающий лань, – древний мотив, но переосмысленный мной в таком, субъективном ключе. Любовь всегда хочет поглотить. 

© 2023 Частная Коллекция

Наверх