Now Reading
Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»

Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»

Ольга Попцова – заслуженная женщина-камнерез из Санкт-Петербурга, автор «живой» анималистики, чьи работы находятся во многих частных коллекциях и музеях, включая Государственный Эрмитаж. Мы поговорили с ней о современном камнерезном искусстве в России, истоках творчества и особенностях профессии.

Беседовал Олег Краснов

Обычно словосочетание «женщина-камнерез» люди говорят с придыханием. Почему?

Ну… (смеется). Вообще это шутка, которая родилась у женщин-камнерезов, чтобы снизить этот гендерный пафос. В 1990-е я была практически первой такой, вместе со Светой Седых. Сегодня, после тридцати лет трудового пути, уже все равно: нет уже ни придыхания, ничего. Просто интересное, многогранное, фантастическое поприще, где повезло работать. Такой вот образ жизни.

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. Фото: архив художника

Тем не менее, женщин в ремесле довольно мало…

Мой учитель Александр Левенталь, он же мой будущий партнер, набирал много девочек. Ну, как девочек, – я, например, после института пришла. Он признавал, что они более мобильные, более гибкие, с ними конфликты легче разрешить. Женщина более жертвенна, более пластична. И я думаю, что в камнерезном искусстве нас уже довольно много. 

И сейчас тяжелую работу все равно выполняют мальчики. Я, конечно, пилить камни тоже умею, но уже очень давно этого не делала. Потому что вот представьте «бабку универсальную» (разновидность инструмента) с огромным мотором, на который надевается 20-сантиметровая пила и надо четко знать, что делать. Поэтому всю тяжелую работу делают мужчины. Я же занимаю место индивидуальное, и за 30 лет мы разобрались все-таки, кто что делает – кто полирует, кто шлифует и так далее.

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Души». Кварц. Фото: Юлия Михнова

Насколько я знаю, вы не всегда мечтали стать камнерезом. Как вы к этому шли?

Я закончила художественную школу, потом Серовское училище и академию Штиглица. В последней, курсе на третьем, я вдруг поняла, что мне это неинтересно – не хочу никаких оформлений интерьеров с жесткими социальными статусами. И случайно оказалась в компании с Левенталем (роковая встреча!), начала сама резать свою первую камею. Кстати, ушел целый год! И поняла, что это то, где я могу применить свои способности. 

А воспитывали нас в академии жестко: эскизы, кроки, гуаши, масло, портреты, анималистика и до бесконечности. К окончанию института сделала диплом с грехом пополам – интерьер большого ресторана, и пошла уже работать в мастерскую к Александру. Тогда я очень бойко рисовала, и все вазы, декоративно-прикладное искусство там проектировала. Набралась такого опыта, что, имея такую преемственность профессионального образования, и сейчас могу делать все, что угодно, от классической вазы до модерновой тарелки. Хорошее образование открывает тебе дорогу.

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Жабеняо». Обсидиан, пиропы. 2016. Фото: предоставлено автором

Там и начали заниматься анималистикой?

Да. Мы ее увеличили по размеру. Сейчас это кажется незначительным, но тогда в 1990-е, по сравнению с поросятами и прочей живностью Фаберже в три сантиметра, мы «вырастили» своих собак до 25. Это было очень интересно, мы вышли в другой пластический жанр. Потому что все это лепится, детали строятся, фактура ложится по-другому. Все немножко новое. Позже мы начали думать, как подойти к изображению человеческого тела, начали брать натуру и работать с натуры по много часов. 

Эрмитажный куратор Марина Лопато назвала вашу скульптуру «Сука» 1998 года «этапной работой в жанре анималистики, означавшей полный разрыв с анималистикой Фаберже». Это, вероятно, самый известный пример тех экспериментов? 

Да, большая 33-сантиметровая скульптура. Основной идеей, конечно, было не изображение собаки, а натягивание той драматической тетивы в ее образе, что должна «стрелять». Там происходит взаимодействие, диалог объемов, линий. Мы пробовали ее «чесать», пробовали делать фактурную шерсть, но возникла идея вот этого питерского лаконизма – черно-бело-золотой стиль, наша манера. То есть мы начали ограничивать художественные средства. Меня всегда, когда я пришла в этот жанр, гламурность до блеска очень раздражала. 

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Сука». Обсидиан. 1991-1995 гг. Фото: предоставлено художником

Вы и в настоящем времени часто говорите «мы». Значит ли это, что вы работаете в соавторстве?

Нет. Но я выросла как часть команды, я работала с Левенталем 25 лет, он вырастил меня, а потом мы уже вместе вырастили жанр. То есть я приняла паритетное участие в том, что мы делали. 

Какие основные черты выращенного вами жанра?

Скажу так: я люблю экспрессионизм на грани. Мы отталкивались от берега Фаберже, который больше про иллюстрирование. Но пошли дальше –пытались изобразить философские идеи, своего рода контекст между строк. 

То время вообще стало важной вехой, когда в профессию камнереза пришли художники, получившие и имеющие образование, умеющие мыслить категориями не только ремесла обработки камня, но изобразительного искусства. Резьба уходила от иллюстрации к созданию образа. Художественные средства – пропорции, доминантные, рецессивные элементы композиции, равно как и свойства камня (прозрачность, матовость, цвет) – это рабочий инструментарий художника, а не ремесленника. Камнерезная пластика перестала быть промыслом. Расширилась смысловая палитра выбора сюжетов. И это тенденция современной культуры и сегодня – обозначать невидимое, понятийное.

То есть мы посягнули на расширение понятийного звучания. И у нас это получилось, как я думаю, и у тех, кто шел за нами – например, у Юлии Гоголь

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Исполненный очей». Серебристый обсидиан. Фото: Юлия Михнова

Необычные названия ваших работ – тоже часть изобретенного жанра?

Скорее, да. Мы шли от того, что должны быть смыслы. Работа должна рождать смыслы, отклик, ощущения и иметь ту глубину, когда она трактуется по каналам собственных ощущений. Чтобы изображение и текст в совокупности подталкивали зрителя к сопереживанию, к эмпатии. Потому что та же «Сука» – это не собака, это страдание. 

Есть ли какие-то различия между работой мастера-камнереза и скульптора?

Да, конечно, и оно очень сильное. В камнерезном деле очень сильно ремесло, его процентов 60. У скульптора тоже ремесло, которое пластически гораздо более взрослое, чем у нас. Мы в меньшей степени скульпторы. 

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Петух». Обсидиан, джамбульский халцедон, пиропы. Фото: Юлия Михнова

Как у вас сейчас устроен процесс работы?

У меня есть камень, под него создаю проекты. Я делаю эскизы тушевые, карандашные, потом леплю модель, она уже обрастает планом, как и что изображать. Это видно либо сразу, либо потом. Затем пунктировка, которую придумал Микеланджело, чтобы время пути до воплощения идеи было более коротким. Потому что пока мы два месяца или полгода делаем работу, мы сами можем измениться. У нас есть вещи, которые мы не можем доделать. И здесь тоже конфликт между личностью, временем, эпохой возникает. Произведение может устареть, такое тоже в искусстве известно.

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Страж». Черный обсидиан, кварц. Размеры 12,5×12 см. Фото: Юлия Михнова

Какой ваш любимый камень?

Я очень люблю обсидиан, хотя сегодня он немножко не в милости, считается полудрагоценным камнем. Плюс наши обстоятельства – трудно бывает достать. Мне нужен, например, мексиканский радужный обсидиан или армянский черный – и мне надо писать в Армению, чтобы его там отгрузили, выпилили. Это долго и недешево. Та же история с кварцем с месторождениями в Украине. Но работать я буду все равно, исходя из того, что есть.

После ряда выставок несколько ваших работ есть в коллекции Эрмитажа, включая совместный с Левенталем «Храм». Можно считать это вершиной профессиональной карьеры?

Ну, абсолютно, конечно! Это веха, которая помогает. После таких выставок очень много работы, заказов. Да, конечно, я очень горжусь и благодарна. 

Многие камнерезы говорят, что делать то, что им хочется, не работать под заказ – сегодня большая роскошь. Вы такой роскошью обладаете?

У меня все работы не под заказ. Я в неволе не размножаюсь, как я шучу. Нет, я работаю, конечно, и с заказами частных клиентов, но сейчас, например, их нет. 

Смотрите также
hako hamhov, Hako Hamhov: украшения как компенсация живописи

Тем не менее, мы вообще не останавливаемся, всегда заняты. Все более-менее сильные художники работают творчески, это они и предлагают рынку.

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. «Прехисторыч». Обсидиан, горный хрусталь, серебро, стекло, сапфиры. 19 см, 10 см. Фото: Юлия Михнова

Прямо сейчас над чем работаете?

У меня «Маска волка» стоит на столе, она практически уже готова, уже заказала коробку. Рядом – камеи к грядущей выставке «Вера, надежда, любовь» в Сочи, и я планирую к ее открытию сделать еще несколько.   

Проект «Вера, надежда, любовь» задумывается как союз камнерезов и ювелиров. Почему решили принять в нем участие?

Мне интересно! У меня есть работы, есть мысли. Уже вот готова работа «Пенелопа», камея из кварца с огранкой о девушке, что долго ждет свою любовь. Камея не совсем классическая, это попытка пересмотреть сюжет в другом размере, в других графических красках. Конечно, очень проблемно сейчас наше взаимодействие с ювелирами, потому что в Питере довольно бедный рынок предложений. Все решаю, как и с кем сделать достойную оправу. 

Камнерез Ольга Попцова, Камнерез Ольга Попцова: «Я люблю экспрессионизм на грани»
Ольга Попцова. Камея «Девушка-ракушка». Цитрин. Фото: Юлия Михнова

Среди коллекционеров какой жанр камнерезного искусства пользуется большей популярностью? Все еще анималистика или нет?

Я полагаю, зритель, в том числе и коллекционеры, ждут от нас каких-то новых побед. Здесь, конечно, кварц – наш сегодняшний король. Это материал для больших работ с монументальным звучанием. Практически кабинетная скульптура. И это высокие смысловые вещи.

То есть это абстракция и экспрессия в камнерезном искусстве?

Да-да! У нас фактически развязаны руки – изображай, что хочешь! И рынок готов к восприятию. Это очень важно. 

То есть вы считаете, что рынок готов отойти от лобовой фигуративности?

На мой взгляд, он уже отошел. Скорее даже мы не успеваем за рынком. Ну кому уже нужны собачки? Ладно еще какая-то пантера, которая вне времени, но опять же, это будет совсем другое визуальное решение. 

© 2023 Частная Коллекция

Наверх